Мозговой центр, который создал Ориентированный на решение подход  — Интервью с Ив Липчик

Ив Липчик была одним из первых членов Центра краткосрочной семейной терапии (Brief Family Therapy Center) (далее – Центр) в Милуоки, в котором была создана ориентированная на решение терапия, в начале 1980-х годов 20 века. Она работала в Центре до 1988 года, после чего стала соучредителем компании ICF Consultants. Она является автором книги Beyond Technique in Solution-Focused Therapy: Working with Emotions and the Therapeutic Relationship («За пределами техник в Ориентированной на решении терапии: Работа с эмоциями и терапевтическими отношениями») и многочисленных статей.

 

В интервью она вспоминает время, когда разрабатывался ориентированный на решение подход и делится своими воспоминаниями о процессе работы и вовлеченных в него людях. Она рассказывает о существенном сдвиге, который команда разработчиков сделала от сбора информации о проблеме до сосредоточения на конструировании решения проблемы. Кроме того, она размышляет о последних событиях и объясняет важность описания подхода, охватывающего как философию, так и его методы. Также она рассказывает о некоторых из своих текущих интересов и активностях.

Не могли бы вы рассказать мне о своих воспоминаниях о раннем периоде работы Центра? Как вы туда попали и какой получили опыт в этот период?

В 1978 год я подписала двухгодичный контракт на работу в Службе семейной терапии в городе Милуоки. Именно там я встретила Инсу Ким Берг, которая стала моим руководителем. В результате я узнала о некоторой экспериментальной работе, которую она, Стив де Шейзер и другие люди, работающие в этой службе, проводили в нерабочее время. Они экспериментировали с идеями, которые почерпнули Институте психических исследований (MRI) в Пало-Альто, а также из литературы Джея Хейли, Миланской группы и других терапевтов того времени. До того, как в 1979 году был основан Центр краткосрочной семейной терапии (BFTC), некоторые терапевты из Семейной службы встречались в доме Инсу и Стива после работы, снимая на видео сеансы терапии друзей и знакомых, которые добровольно вызывались выступать в качестве клиентов. Затем они анализировали и обсуждали эти сессии до поздней ночи. Вскоре я стала частью этой команды и, в конце концов, полноценно присоединился к работе Центра в 1980 году после окончания обучения. Интересно, что только люди, которые не были обременены заботами о содержании семьи, могли присоединиться к команде, потому что мы начинали без клиентской базы и знали, что потребуется год или два, чтобы создать достаточную клиентскую базу, чтобы обеспечить нормальную зарплату всем членам группы.

Члены группы Центра всегда работали как команда, где терапевт проводил консультацию, а остальные наблюдали, находясь за односторонним зеркалом. Отсутствие большого количества клиентов в первые дни, было огромным бонусом. Мы проводили весь день в офисе и могли позволить себе роскошь обсуждать клиентские случаи часами, потому что часто клиентов просто не было. Кажется, будто еще вчера мы взволнованно собирались после того, как семья клиентов ушла. Стив занимал место у доски, чтобы сделать пометки о том, что мы говорили. В конце концов, цель состояла в том, чтобы обратить внимание на то, почему мы сделали то, что сделали, что сработало и мы могли сделать еще.

Это, безусловно, было захватывающее время, и я очень благодарна за возможность быть участником этого процесса. Я никогда не могла предположить, что совместный процесс обсуждения случаев мог быть настолько творческим! Все идеи имели одинаковую ценность, даже те из посетителей, которые могли бы заглянуть за одностороннее зеркало. Когда сообщение для клиентов было, наконец сформировано или появлялось новое представление о том, что только что произошло на сессии, мы чувствовали большое удовлетворение.

Много было сказано и написано о важном вкладе Стива де Шейзера и Инсу Кима Берг в разработку подхода, ориентированного на решение. Но я думаю, что многие люди, менее осведомлены о том, насколько разработка ориентированного на решения подхода была коллективным творчеством, и о том, как отдельные члены команды со своими собственными интересами и особенностями внесли в эту работу свой вклад. Не могли бы вы рассказать немного больше о некоторых из этих людей и об их роли?

Когда я вспоминаю совместный процесс, в который мы все были вовлечены, очень трудно выделить вклад кого-то одного. Мы все были очень разные и имели очень отличный опыт. Шесть человек были первоначальной основой группы в BFTC в 1980 году: Джим Деркс, Элам Нанналли, Мэрилин Лакорт, Инсу Ким Берг, Стив де Шазер и я.

Джим Деркс был социальным работником, получившим степень магистра психологии. Он обучался поведенческой терапии. Как и Инсу, он также учился в Чикагском Институте Семьи, где осуществляли подготовку психодинамическй направленности. Но он также хорошо разбирался в новых исследованиях в области семейной терапии. У Джима был необычный способ мышления. Во-первых, он имел тенденцию объяснять свои идеи, используя множество метафор, что добавило еще одно измерение в дискуссию. Во-вторых, он имел мышление, выходившее «за пределы девяти точек». Можно сказать, что его вклад в дискуссии был похож на разрывы шаблонов. Мы могли зайти в тупик в наших обсуждениях и тогда Джим предлагал совершенно иною точку зрения или метафору, что позволяло выбрать новое направление мышления.

Элам Нанналли был профессором в Университете Висконсин-Милуоки на факультете социальной работы. Он имел докторскую степень в области семейных отношений, поэтому он много рассказал об этапах развития семьи, семейных отношений и, в частности, семейного общения. Его вдумчивая, размеренная манера размышлений часто вдохновляла команду, особенно когда наше воображение иссякало.

Мэрилин Лакорт имела степень магистра в области коммуникаций и образования. До обучения в Центре у нее не было опыта терапии. Это было преимуществом для группы, потому что она не была склонна к участию в теоретических спекуляциях, как некоторые из нас, но могла оценивать ситуации с чистого листа. В этом отношении она и Стив были единодушны и могли понять друг друга до того, как некоторые из нас их понимали. Ее мышление внесло большой вклад в минимализм терапии, ориентированной на решение.
Я получила степень бакалавра по английской литературе и некоторое время после колледжа работала на телевидении. После того, как я вышла замуж, и у меня появились дети, я работала в научно-исследовательском проекте в университете Рочестера, штат Нью-Йорк. Там я изучала арт-терапию и приобрела степень магистра в области гуманитарного обслуживания, прежде чем перейти в Милуоки и получить степень магистра в области социальной работы.

Одним из первых наших студентов в Центре был Алекс Молнар, профессор Школы образования Университета Висконсин-Милуоки. Он получил степень магистра в области социальной работы в дополнение к своему PhD в области образования и пришел к нам на практику. Он сыграл важную роль в анализе нашего терапевтического процесса и в создании деревьев решений, иллюстрирующих этот процесс.

Позже Уоллес Джинжерич, также профессор социальной работы в университете Милуоки-Висконсин, принимал участие в обсуждениях команды Центра. Его опыт в исследованиях и интерес к компьютерам внесли большой вклад в формулирование процесса конструирования решений.

Мишель Вайнер-Дэвис, которая первоначально был стажером в Центре, позже присоединилась к исследовательской группе и заслуживает упоминания в связи с введением понятия «предсессионных изменений».

Также хотелось бы отметить, что мы все учились у наших многочисленных гостей. Наш Центр привлекал  внимание терапевтов, заинтересованных в инновационных идеях, с помощью самиздатовского журнала  «Подземная железная дорога». Мы все писали статьи о том, что мы делали в Центре и публиковали их там. Вскоре у нас был парад таких посетителей, как Лайман Уинн, Брэд Кини, Билл О’Хэнлон, Карл Томм, Майкл Уайт, Ивонн Долан, Брайан Кейд, Джон Уикленд и многие другие. Они сидели за зеркалом с нами и делились своими мыслями и идеями во время долгих дискуссий и даже более продолжительных обедов в доме Инсу и Стива или у меня. Стив любил готовить отличную китайскую еду и делал собственное пиво. Я тоже любила готовить, поэтому мы по очереди принимали гостей в наших домах.

Спасибо. Я хотел бы услышать немного больше о вашей собственной роли. Один из людей, который также работал в Центре в 1984 году, Гейл Миллер, в недавнем интервью сказал: «Я не могу не подчеркнуть, насколько важной была роль Ив Липчик, она ​​была готова сделать все возможное, чтобы убедиться, что я понял, что она делает». Не могли бы вы рассказать немного о себе, своей роли, стиле работы, интересах и взглядах?

Ну, во-первых, группа считала меня склонной к психоаналитическим интерпретациям, когда я только начала работать в команде Центра. Но это очень быстро изменилось, так как мы работали вместе и все чаще обращали внимание на одни и те же вещи и часто мыслили одинаково. Тем не менее, я думаю, что я продолжала оставаться тем, кто был наиболее склонен вызывать эмоции в обсуждениях, особенно в те моменты, когда мы казались неуверенными или застрявшими в каком-либо вопросе.
Как я уже говорила, мы начинали без какой-либо клиентской базы. Поэтому было решено, что один из нас должен выйти в сообщество и найти источники финансирования. Я была единодушно избрана для этой работы, хотя я никогда ничего в жизни не продавала. Я думаю, что преуспела в этой роли только потому, что мой искренний энтузиазм по отношению к нашей группе и нашей работе, должно быть, привлек нужных людей, которые решили, что, возможно, стоит попробовать.

Что касается комментария Гейла Миллера обо мне, к тому времени, когда он пришел в Центр, я уже знала, что наша основная команда стала настолько близкой, а общение настолько уникальным, что постороннему должно быть трудно понять, что здесь происходит. Поэтому я пыталась сделать все, чтобы помочь ему преодолеть этот разрыв.

Я также заинтересовалась темой жестокого обращения между супругами в 1981 году, консультируясь с женским приютом. То, что я там наблюдала, заставило меня усомниться в доминирующей теории, согласно которой женщины должны всегда оставлять мужчин, которые совершают акты насилия. Я заметила, что уровень жестокого обращения имел очень разную степень проявления, и что большинство ситуаций не соответствовало стереотипному представлению о насилии в семье, в котором мужчину можно отнести к категории агрессивных психопатов, жаждущих власти. Большинство ситуаций варьировались от взаимных толканий и словесных оскорблений до драк. Другими словами, многие из этих случаев очень напоминали случаи проблем взаимоотношений, которые мы рассматривали в Центре.

Я начала задаваться вопросом, может ли ОРКТ помочь улучшить эти отношения и спасти семьи, если мы знали бы, как оценивать уровень безопасности женщин. Я снова обратилась к сообществу. На этот раз я поговорила с окружными прокурорами и сотрудниками службы пробации и условно-досрочного освобождения о своих идеях. К моему удивлению, они все согласились со мной, что терапия пар, а не развод — лучший путь во многих ситуациях. Они начали передавать дела нам, и мы очень успешно работали с ними.

Затем я начала публиковать результаты своей работы и представлять эти идеи на национальном и международном уровнях. Одна вещь, которая действительно удивила меня в ходе этих выступлений – агрессивная риторика, часто используемая против меня, когда терапевты, занимающиеся насилием, не соглашались с моими идеями.

С точки зрения моей роли в развитии ОРКТ, я думаю, что мой конкретный вклад был связан с процессом интервьюирования. С самого начала моей работы с группой я сомневалась в том, что изменения происходят главным образом в результате предоставления обратной связи в конце сеанса. Общее представление состояло в том, что работа психотерапевта заключалась в том, чтобы «собрать больше информации для команды за зеркалом, чтобы они могли подготовить  сообщение клиенту о том, что ему необходимо делать». Это действительно смущало меня. Я не могла понять, как поддерживать связь с клиентом, когда тебе приходиться оставаться за зеркалом с командой других терапевтов.

Я продолжала настаивать на том, что само интервьюирование также является полноценным вмешательством, и начала изучать эту идею самостоятельно. Это расхождение во мнениях стало переломным моментом, когда мы перешли от сбора информации о проблеме (краткосрочная семейная терапия) к сосредоточению на построении решений совместно с клиентами (ориентированная на решение терапия). В ходе интервьюирования, несомненно, возникла некая конструкция решения, и сообщение в конце сессии служило главным образом закреплению того, что было сконструировано в течение всего сеанса.

Это очень интересно. Я считаю, что понимание и сдвиг в фокусе важны, потому что это сделало подход более клиенто-ориентированным и эффективным. Не могли бы вы рассказать немного о своих последних годах в BFTC, времени и причинах, по которым вы основали свою собственную практику, ICF Consultants?

В течение последних нескольких лет, проведенных в Центре, наша цель по разработке модели и созданию программ обучения на национальном и международном уровнях была достигнута. Тесное сотрудничество членов команды, которое изначально рождало огромную​​творческую энергию, больше не было необходимым. Основная команда сократилась до Стива, Инсу и меня, с Эламом Нанналли, работавшим на полставки, а также с группой исследователей, которые участвовали в отдельных встречах. Джим Деркс и Мэрилин Лакорт покинули команду. Моя практика была очень насыщенной, и я начала заниматься обучающими программами, потому что Инсу и Стив стали все больше путешествовать.

Разработка подхода была невероятно захватывающей, но мы также потратили много времени и энергии на это. Я начала чувствовать, что хочу сократить объем работы и проводить больше времени со своей семьей. Мне было очень трудно уйти, особенно потому, что Инсу и Стив попросили меня остаться и предлагали мне различные варианты. Однако в 1988 году я решила найти офис, где можно было бы вести частную практику. По счастливому совпадению, Мэрилин Бонджин, которая также занималась консультированием в Центре и с которой мы подружились, решила оставить свою постоянную работу. Когда я упомянула, что ищу офис, она поделилась тем, что тоже решила попробовать самостоятельно заняться частной практикой. Она спросила, не хочу ли я снять офис совместно с ней. Это оказалось хорошей идеей, и именно так родилась компания ICF Consultants.

Мое намерение сократить свой рабочий график не сработало, как планировалось. Моя практика начала быстро развиваться, и я получила много приглашений читать лекции об ОРКТ, особенно ее применении в области жестокого обращения между членами семей. Было очень приятно, что меня признали не только как члена команды Центра Краткосрочной Семейной Терапии.

Я, конечно, могу себе это представить. Мне любопытно, что вы думаете о том, как ориентированный на решение подход, развивался, скажем, в последнее десятилетие. Видите ли вы какие-либо интересные тенденции, идеи или инновации? И что вы думаете о том, что сейчас подход так широко известен и широко применяется во многих областях вне терапии?

Первоначально ориентированный на решение подход рассматривался как ориентированный на процесс изменений и, следовательно, применимый к любому типу случая. Я до сих пор убеждена, что это так и есть. Однако с течением времени терапевты начали применять его к конкретным проблемам, как, например, делала я в работе с проблемами жестокого обращения с супругом. За последние десять лет я заметила все более разнообразное применения подхода, например, для работы с группами, с детьми и подростками, с зависимостями и т.д.

У меня сложилось впечатление, что взгляды на подход развивалось в двух направлениях: либо, что ОРКТ — это, прежде всего, философия, которая помогает менять мышление клиентов в целях реализации терапевтических изменений или, что это модель, состоящая из набора техник, которые при правильном применении помогают клиентам достигать их целей. Большинство книг, которые я видела, попадают во вторую категорию. Однако мне приятно, что в руководстве, выпущенном в 2008 году Исследовательским комитетом Американской Ассоциации Ориентированной на Решение Краткосрочной Терапии (Research Committee of the Solution Focused Brief Therapy Association), было ясно отражено, что подход охватывает как философию, так и методы.

Что касается вашего комментария о том, что подход, ориентированный на решение, был хорошо принят и распространен, то я думаю, что это может быть справедливо больше для Европы и других частей мира, чем для США. Например, термин «основанный на cильных сторонах» (strength based), который сейчас очень широко используется во многих направлениях психологии, изначально возник в рамках идей ориентированного на решение подхода. Но я не могу сказать, что ОРКТ используется достаточно широко.

Меня недавно попросили сделать рецензию на книгу, написанную одним психиатром о его практике коучинга, которая, как он сказал, основана на идеях ОРКТ. Он посвятил этому целых два предложения, но мне пришлось попросить его переписать эти два предложения, потому что они описывали подход неверно.

Кроме того, если вы посмотрите на программы терапевтических конференций последнего времени, то там очень мало презентаций, посвященных ОРКТ и ее практике или той же нарративной терапии. Мотивационное консультирование, которое очень близка ОРКТ, в настоящее время, наверное, привлекает больше внимания, также как майндфулнес или нейробиология и их применение в терапии. Я думаю, что ОРКТ в США скорее выходит из моды, чего не скажешь о Европе и других странах. Но вполне возможно, что я что-то упускаю из вида. Я искренне надеюсь на это!

Не могли бы вы рассказать мне о ваших текущих интересах, деятельности и планах?

Одним из моих текущих интересов является нейробиология. Я проходила обучение и сертификацию ДПДГ (EMDR) около двенадцати лет назад, и это открыло для меня совершенно другой образ мышления, чем тот к которому я привыкла. Я не обучалась этому специально.  Обучение было предложено мне бесплатно, и я подумала, что это может быть любопытно. К моему удивлению, я была очарована этой техникой и хотела узнать все больше и больше о том, как работает человеческий мозг.

Мое последующее изучение нейробиологии заставили меня задуматься о том, как это можно сочетать с ОРКТ. Я полагаю, что в некоторых отношениях возможна обоснованная связь, особенно в отношении способов управления эмоциями. Другой пример – нейропластичность мозга. Данные нейробиологии свидетельствуют о том, что повторение создает и укрепляет новые нейронные пути, например, новые мысли и новое поведение. Следовательно, терапевты, ориентированные на решение, могут предложить клиентам повторять исключительное поведение или желательные мысли, соответствующие тому, что клиент хотел бы достичь,  ежедневно, возможно, даже несколько раз в день.
Помимо моей клинической практики, я курирую учащихся магистратуры, а также людей, которые намереваются пройти сертификациею AAMFT Approved Supervisor. За последние десять лет я также работала в организации, которая реализует ряд общественных программ помощи детям с эмоциональными нарушениями, приемным детям, детям, испытывающим сложности в школьном обучении и др. Моя миссия заключалась в том, чтобы дать практикующим терапевтам основы ориентированного на решение подхода, а затем сопровождать их в качестве консультанта.  Случаи, над которыми мы работаем, часто бывают настолько сложны, а терапевты настолько неопытны, что я обнаружила, что наиболее эффективно сначала знакомить с ориентированной на решение философией, используя ее основные допущения, а затем демонстрировать полезность конкретных техник подхода. Эти допущения очень сильно помогают строить доверительные отношения с клиентами, что является важной основой для успеха терапии, ориентированной на решение, впрочем, как и для любой другой терапии.

Что касается моих планов на будущее. Я хотела бы продолжать делать то, что я делаю, пока я могу продолжать делать это. Спасибо, что решили взять у меня интервью.

Коэрт Виззер (Coert Visser) (2009)

Перевод Гамзин Юрий

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s